Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
20:44 

Галактическая комиссия или трудности ксенопедагогики

dumalkaS
Человеку важно знать свой дом. Весь свой дом, а не один свой угол.
Написала немыслимую лабудень... Но не могу удержать в себе, потому что долго ржала над этим на работе, захотелось записать.

Галактическая комиссия или трудности ксенопедагогики на фикбуке.

Название: Галактическая комиссия или трудности ксенопедагогики
Автор: dumalkaS
Размер: мини, 2488 слов
Персонажи: Психолог, Заведующая, Методист, Завхоз, инопланетяне.
Категория: джен
Жанр: фантастический рассказ, юмор, стёб
Рейтинг: PG
Предупреждения: Дурь.
Краткое содержание: Комиссии в последнее время просто озверели и устроили настоящую охоту на детские сады. Итак, однажды в детский сад №ГЫ прибыли представители Галактического Комитета Обеспечения Развития в Доавтономный Период...
Примечания: Задуман в столовой за обсуждением с коллегами рабочего процесса.
Персонажи, имена и ситуации выдуманы чуть менее, чем полностью. Любые совпадения с реальными лицами и ситуациями случайны.
Размещение: с разрешения автора

— К нам снова комиссия, — объявила заведующая детского сада, обведя собравшийся коллектив внимательным взглядом. Комиссии последнее время просто озверели и принялись охотиться на детские сады с редким остервенением. За последний год тут уже побывали и СЭС, и Управление Образованием, и пожарная инспекция, и прокуратура, и бухгалтеры и разные их комбинации районного, городского, областного, федерального и международного уровня.
Воспитатели застонали, музыканты сделали попытку спрятаться под пианино, физрук шагнул за шкафчик с мячами и скакалками. Театральник отодвинулась за ширму. Методист загородилась папкой. Психолог бы тоже куда-нибудь сховался, но ей некуда.
— А что за комиссия? — робко спросила молодая воспитательница.
— ГКОРДАП, — сообщила заведующая, одним глазом поглядывая в свой листок.
— Чего-чего? — не поняла завхоз.
— ГКОРДАП, — повторила заведующая ещё раз.
Психолог и молодая воспитательница переписали эти странные буквы себе в блокнот. Более опытные вспоминали, какие комиссии когда-либо заглядывали в детский сад и какую из них могли переименовать в этого лингвистического монстра.
— А вы не могли бы расшифровать? — осторожно попросила психолог.
В этот раз заведующая даже не притворялась, что знает. Взяла распечатку и прочитала:
— Галактический комитет обеспечения развития в доавтономный период.
— Чего-чего? — завхоз повернулась правым ухом, которое лучше слышало.
— Галактический. Комитет. Обеспечения. Развития. В доавтономный. Период. И больше я это не повторю даже под пыткой.
Психолог записала. Ей пришлось подправить некоторые буквы. Молодая воспитательница заглянула к ней в блокнот и сверила каждое слово.
— Этих ещё не было, — отметила самая опытная воспитательница, стаж работы которой был равен возрасту самого детского сада.
— А что они будут проверять? — спросила методист.
— Всё, — зло отозвалась заведующая. — Так что чтобы у нас всё было идеально.

Комиссию никто не обсуждал. Некогда. Список с замечаниями предыдущих комиссий висел на стене методического кабинета, и из него постепенно вычеркивали пункт за пунктом. Планы у воспитателей были написаны уже до конца года, психолог, театральник и физрук сделали планы на год уже давно и сидели либо с ежедневной писаниной, либо с индивидуальными картами. Нянечки вычищали даже такие уголки, в которые после последнего капремонта вообще никто не заглядывал. Заведующая то носилась по всему садику, обнаруживая отлупившуюся краску и потёртые углы, проверяла наличие документов.
Завхоз списывал шкаф. Он давно развалился и уже второй год его дверцей закрывали дыру а заборе. А вот списать его было такой проблемой, что завхоз до понедельника бегал по всем инстанциям. В конце концов в бухгалтерию были доставлены:
Справка о том, что шкаф был.
Справка о том, что шкаф пришёл в негодность.
Справка о том, что шкаф пришёл в негодность после истечения срока гарантии.
Справка о том, что шкаф вынесен на улицу.
Справка о том, что шкаф погружен в мусорную машину.
Справка о том, что шкаф довезён до свалки.
Справка о том, что шкаф сгружен на свалке.
Справка о том, что шкаф не привезён со свалки обратно.
А его дверца по-прежнему закрывала дыру в заборе.
В последний день, разумеется, выяснилось, что у заведующей не хватает ведомости трёхлетней давности на цветные карандаши, а у завхоза не списан десяток детских горшков…
Комиссия явилась в понедельник ровно в девять утра. На крыльце её ждали заведующая, завхоз и методист. Воспитатели прилипли к окнам. Сквозь жалюзи просвечивали лица музыкантов, театральника и психолога. Среди цветов в медкабинете пришипилась медсестра. Окна кухни выходили в другую сторону, поэтому повара занимались обедом и про комиссию ничего не знали.
Если воспитатели, методкабинет и медкабинет вполне могли вопить «ну охренеть!», вытаращивать глаза и открывать рот, то начальственной троице пришлось проявить чудеса выдержки.
Комиссия приехала на семёрке с желтыми шашечками такси на крыше. Первым из двери выплыл зеленоватый туман и оформился в человеческую фигуру. Следом за ним выполз синий червяк в обхват толщиной и передвигающийся на извивающемся хвосте. В коротких ручках он держал планшетный компьютер. Глаза у него маленькие черные и пристальные. Где его рот пока определить не удавалось. Ну и последним машину покинул высокий человек с золотистой кожей, глазами морковного цвета и такими же оранжевыми волосами. На плече у него сидел серый попугай. Именно серый. И именно попугай. Словно его сняли на черно-белую плёнку.
— Позовите психолога, — прошептала заведующая, не отпуская улыбки.
— Похоже, нужен психиатр… — буркнула завхоз.
— У нас есть только психолог.
У психолога столько опыта по приёму комиссий не было, поэтому её вытолкал на крыльцо охранник. Красную как рак, с растерянной улыбкой и вытаращенными глазами.
Как раз к этому времени к крыльцу подошла многоуважаемая комиссия.
— Здравствуйте, мы из комитета обеспечения доавтономного развития, — произнёс туман. Как и чем он это сделал, определить не удалось.
— Здравствуйте, я заведующая детским садом №ГЫ, а это мои сотрудники: завхоз, методист и психолог.
— Мы едва нашли площадку для посадки своего корабля. Посадили корабль в ближайшем аэропорте, а дальше пришлось передвигаться наземным транспортом.
Местонахождение аэропорта стёрло с лица психолога последние следы профессиональности. Улыбка погасла и губы сложились в трубочку для свиста. Но приличия всё-таки взяли верх и она не засвистела.
— Мы заботимся о здоровье детей. Им вредно дышать выхлопами самолётов. Наш детский сад выстроен даже в стороне от дороги, — доложила заведующая.
— Прекрасно, — у червяка обнаружился рот в точности между глазами. Что для человека смотрелось дико. Но это всё-таки комиссия, так что удивляться и таращиться, как это делала психолог, было нельзя. — Члены комиссии. Я специалист по документообороту, зовут меня, — тут червяк издал какое-то булькание. — Специалист по питанию, — червяк издал интересную трель и указал на попугая. — Специалист по воспитательной работе, — издала нечто между хлюпанием и свистом и указала на туман. — И, наконец, наш медик с очень сложным именем Маф.
Глаза психолога хотелось запихнуть назад в орбиты. Но это тоже неприлично. Как и облегченно вздыхать при звуках имени оранжевого гуманоида.
—А вы не могли бы повторить ваши имена. А то мне не удалось их как следует расслышать, — подала неожиданно спокойный голос психолог.
Червяк смерил её презрительным взглядом и всё же повторил имена. Психолог кивнула:
— Благодарю.
Кажется, глаза у психолога вернулись в орбиты и румянец как-то сравнялся.
— Тогда начнём с учредительных документов. Если у вас они отсутствуют, то ничего и проверять не надо.
Комиссия отправилась в кабинет к заведующей, психолог юркнул в методический, крепко держа в кулаке оставшийся со студенческих времён диктофон. Завхоз с мысленным паническим воплем «Чем это кормить?!» бросилась на кухню.

Заведующая выкладывала документ за документом, что перечислял червяк, поглядывая в планшет. Туман застыл в углу за фикусом. Оранжевый сел на стул. Попугай тоже голоса не подавал, даже пёрышки не чистил и вовсе не шевелился. У методиста даже возникла мысль о том, что это чучело. Заведующая о попугае не думала, потому что она обнаружила опечатку в документе пятилетней давности и думала, заметят или нет. Не страшно вообще-то, но позорно.
Минут через двадцать на пороге появилась психолог. На шее у неё была дудочка на оранжевом шнурке, в правой руке — резиновый мячик размером с теннисный, а в левой — стакан с соломинкой. При этом вид у неё был бы невероятно серьёзный, если бы не вытаращенные по-прежнему глаза. Методист с радостной мыслью «настоящий психолог» отобрала стакан и опустошила его. Психолог вытаращилась на неё уже испуганно.
— С учредительными документами порядок, — как раз сообщила червяк. — Теперь я проверяю бухгалтерию, вы тоже по своему ведомству проверяйте.
Психолог почему-то с некоторым облегчением вздохнула, положила мячик на стакан, взяла губами дудочку и просвистела трель, повторяя имя попугая.
— Прошу вас пройти в кухню, — произнесла она. Заведующая очень выразительно уставилась на неё. — Маф, прошу вас в медкабинет.
Тут она взяла в руку мячик, поднесла ко рту и дунула в него, произведя жуткий звук. Заведующая инстинктивно потянулась к телефону. Видно, психолог на нервной почве всё-таки рехнулась. Методист пыталась прикинуться фикусом. Однако, ни червяк, ни попугай, ни оранжевый не показали никакой выдающейся реакции.
— Немного не так, — добродушно сообщил туман, которого, собственно, и пытались позвать по имени. И повторил звук.
Психолог снова вдохнула, поднесла ко рту мячик и попыталась повторить звук. Заведующая отметила, что подставка для ручек у неё на столе достаточно тяжёлая, чтобы проломить этой ненормальной голову. А так же у неё есть шарф, которым можно задушить. Всё равно за убийство психолога дадут меньше, чем за косяки в документах, которые без психа-психолога вполне бы могли не заметить.
— Последний слог немного длиннее, — поправил туман.
Психолог кивнула и воспроизвела звук ещё раз, делая последнее «кххххлюп» чуть длиннее. Заведующая прикинула, что за забором как раз есть небольшой провал, куда можно запихнуть труп.
— Вот так правильно.
Психолог звук повторила и продолжила:
— Прошу вас понаблюдать за воспитательным процессом.
Когда туман выплыл из кабинета, методист вцепилась в локоть психолога и на ухо прошептала:
— Ты что творишь?
— Устанавливаю доверительный контакт, — невозмутимо сообщила психолог, зачем-то поправляя свою челюсть. — Для установки доверительного контакта нужно звать партнёра по общению именем. У них, похоже, это тоже принято.
— Ага… — протянула методист. Видимо, поэтому и комиссия не обращала внимания на эту дурь. Слышавшая разговор заведующая передумала убивать.
Туман в сопровождении психолога и методиста отправились в ясельную группу. Психолог в туалете группы втихаря налила в стакан немного воды. Всё-таки червяка тоже надо по имени называть.
Дети сидели на коврике ровными рядами и, раскрыв рот, слушали сказку про колобка. Туман поплавала по групповой комнате, психолог с методистом всё это время старались даже не дышать, словно боялись потревожить спящего медведя. Собственно, если разбудить медведя, от него можно и убежать, а от этой оравы и убегать нельзя.
— У вас значит в основном гуманоиды? — спросил туман, выходя из группы.
— Да, у нас все гуманоиды, — подтвердила психолог. — Других видов жизни у нас вообще нет.
— Значит, и место для еды и места для сна у вас оборудованы. Воспитательный процесс идёт…

Комиссия шарахалась по детскому саду до самого вечера. Червяк так и не вылезла из кабинета заведующей. Попугай проверял всё содержимое кастрюль, холодильников, раковин и складов. Гуманоид обошёл группы, проверил наличие аптечек и засел в медкабинете с бледной медсестрой. Самую бурную активность развёл туман. Он плавал по всем группам и побывал на всех занятиях, в том числе музыкальном и физкультурном. Проверил, как детей укладывают спать, как кормят и что они едят. Как новенького ребёнка в яслях учили держать ложку. Психолог от него не отставала и всё время что-то объясняла.
Глаза у неё к вечеру были не такими вытаращенными, но вот лицо покраснело так, что можно было жарить сосиски. И вовсе не от стыда или смущения. Просто произнесение имени всех пришельцев оказалось не таким простым делом, как могло бы показаться. Самым сложным оказалось правильно произнести имя червяка.
Психолог дунула в трубочку и вода в стакане забулькала.
— Нет, не так, — туман пробулькал имя червяка.
Психолог дунула ещё раз.
— Нет, это вообще очень неприличное слово получается.
— Простите.
Булькание повторилось, но уже другое.
— Снова немного не так. Первый такт правильно. Второй чуть другой, — туман продемонстрировал. — Третий вот такой.
Психолог поставила стакан, потёрла щёки и снова попыталась воспроизвести нужное булькание.
— Я думала, для меня до-ля-до-ре окажется самым сложным, — призналась она.
—А это что?
— Имя вашего эксперта по питанию нотами… Сейчас я.
Оказалось, чтобы произнести имя червяка с помощью стакана и коктейльной соломинки, нужно дунуть один раз, держа трубочку строго перпендикулярно дну, второй раз дунуть у стенки, заткнуть трубочку языком и третий раз сделать длинный выдох. Если сделать второй выдох слишком длинным, то получалось ругательство, которым в приличном обществе не пользуются, а если держать трубочку не у стенки, то получится слово, обозначающее приглашение насладится местным деликатесом, вызывающим сильное опьянение.
Вечером, когда комиссия соизволила наконец удалился, оставшийся коллектив собрался в музыкальном зале. То есть, половина воспитателей (первая смена уже эвакуировалась), заведующая, методист, завхоз и психолог, словно приросшая к своим стакану и мячику. Музыканты тоже сбежали ровно в конце своей смены.
— Итак, претензии комиссии, — сообщила заведующая. — У нас отсутствует помещение для окукливания и габельции. У нас отсутствуют тазы для умывания хвоста. И горшки не приспособлены к детям, имеющим хвост как продолжение позвоночника. Нет жёрдочек для летающих детей. У нас есть расчески только для шерсти на голове, а надо ещё отдельную для расчесывания шерсти на ногах и… интимных частях…
— Так у наших детей нет там шерсти, — сообщила воспитательница.
— «Требования для всех». На устранение недостатков у нас есть два дня, иначе нас закроют и нам всем придётся искать новую работу, — жестко сообщила заведующая. — Кто там роется в телефоне?
—Я ищу, что такое габельция, — ответила молодая воспитательница, вжимаясь в стул.
— Читай вслух.
— Не нашла ещё.
— Да, ещё найди требования к помещению для окукливания.
Требования к помещению для окукливания искала в интернете уже психолог, поставив стакан рядом с собой.
— Габельция — один из процессов, необходимых для развития газообразных форм жизни… — начала воспитательница. По мере чтения глаза у неё становились больше и больше.
— Что для этого нужно?
— Тёмное влажное помещение с легким дефицитом кислорода. На полу должен быть слой воды примерно в три сантиметра. На некотором расстоянии от пола должны быть подвешены стеклянные ёмкости объёмом 1 литр. Дети забираются в эти ёмкости и входят в состояние габельции. Насколько понимаю, какое-то подобие сна. Им это необходимо раз в планетарный цикл, — читала воспитательница с телефона.
— Ну, предположим, помещение у нас есть: подвал, — предложила завхоз, обмахиваясь листом бумаги. Вода в подвале была второй её головной болью после несписанного шкафа. — Литровых банок тоже найдём и развесим. Откуда брать нам помещение для окукливания?
— Для окукливания нужна комната примерно три на три метра с полками, на которые можно уложить окукленных детей инсектоидных форм жизни. Там должно быть полотенце, чтобы подтирать выходящую слизь. Окукливание необходимо детям два раза в солнечный цикл на три планетарных цикла…
— Планетарный цикл, солнечный цикл… — пробурчала медсестра. — А по-русски можно?
— Планетарный цикл — это оборот планеты вокруг своей оси. То бишь, день. Солнечный цикл — это оборот планеты вокруг солнца. Год. Есть ещё галактический цикл — оборот планетарной системы вокруг центра галактики, — на этот раз пояснила заведующая. — Требований насчет галактического цикла нам не предъявляют, поскольку мы живём меньше.
— Надеюсь, нам не понадобится окукливать наших детей? — с ужасом осведомилась воспитатель подготовительной группы.
— Нет. С нас могли спросить этот процесс, но у нас гуманоиды одни.
— Хорошо, если требования для всех… — пробурчала завхоз. — Завтра освободим кладовку и развесим банки в подвале. Всё?
— Да. Всё. Все по домам. Завтра чтобы каждый принёс по литровой банке.

Комиссию ждали в пятницу с самого утра. В этот раз никто не суетился и не бегал кругами. День был тёплый и всё начальство, среди которых затерялась психолог со стаканом, мячиком и дудочкой. Все согласились только выучить приветствие на птичьем. Булькать стаканом с водой и, тем более, дуть в мячик отказывались, потому что это выглядело донельзя глупо. Психолог разъясняла про разницу культур, но не помогало.
В подвале покачивались на бечевках привязанные к жердочкам литровые банки. Кладовка была освобождена, всё её содержимое распихали, куда могли. В ней приколотили дополнительные полки и повесили набор полотенец. В групповых комнатах из старых спортивных палок сделали жердочки. Горшки так же были добыты из каких-то закоулков и в них просверлены нужные дырки. А уж тазы для мытья хвоста и расчески для ног и интимных мест нашлись быстро.
Комиссии всё ещё не было. Ровно в двенадцать дня у заведующей зазвонил телефон. Она подняла трубку.
— Добрый день, это вас беспокоит, — прозвучало странное бульканье. — Мы очень просим прощения, но мы ошиблись… Перепутали координаты планеты и попали на вашу. А она ещё даже в ведомство нашего комитета не поступала. Мы перепроверили документы и убедились в этом. Простите за беспокойство и прощайте.
Телефон ответил трелью коротких гудков. Заведующая огляделась и выругалась матом. То же самое повторили завхоз. А психолог булькнула через трубочку в стакане.
— Это что, они так ругаются? — осведомилась методист.
— Нет. Это предложение «пошли напьёмся». А вот это уже ругательство, — психолог ещё раз дунула в стакан.
Повисло мёртвое молчание на пару минут.
— Зато теперь у нас точно были все комиссии, — вздохнула заведующая.
Психолог смотрела в небо… А ведь галактика — это не самая большая система во Вселенной. Но она лучше помолчит.

@темы: Маленькие радости большой жизни, Наив обыкновенный, Спасите меня от моего мозга!, Творчество, работа, своё

URL
Комментарии
2015-04-04 в 21:09 

Маира
Любовь творит чудеса
Ого... Это опасно читать, сидя на табуретке! :hah: Я пишу этот комментарий из-под стола...:lol:
Очень классно получилось! :five: И такое невинное объяснение: "Мы перепутали координаты планет."!!)))) :-D

2015-04-04 в 21:20 

dumalkaS
Человеку важно знать свой дом. Весь свой дом, а не один свой угол.
Маира, спасибо! Да, это опасно ещё придумывать, когда ешь. Потом придётся вычихивать картофельную запеканку )))

URL
2015-04-04 в 21:30 

Маира
Любовь творит чудеса
dumalkaS, буду считать, что мне повезло, так как я во время чтения не ела)))

2015-04-04 в 21:48 

Аника Лель
Маска
Да уж, "веселы" будни работников детского сада))
И написано круто-круто-круто!! Очень забавное повествование)

2015-04-04 в 21:58 

dumalkaS
Человеку важно знать свой дом. Весь свой дом, а не один свой угол.
Аника Лель, спасибо! Да, бывает всякое ))

URL
2015-04-05 в 20:22 

hanna-summary
очень смешно )) :up:

Комментирование для вас недоступно.
Для того, чтобы получить возможность комментировать, авторизуйтесь:
 
РегистрацияЗабыли пароль?

Очень удивлённый кашалот

главная